Нечто противоестественное

В пылу одного из наших споров моя жена выдала очень сильную богословскую формулировку. Мы весьма энергично обсуждали мои недостатки, когда она сказала: «Меня саму очень удивляет, что я прощаю тебя за некоторые из твоих низменных дел!»

Поскольку я пишу о прощении, а не о грехе, то умолчу о пикантных деталях этих «низменных дел» и скажу лишь о том, что поразило меня в замечании моей жены. Она с удивительной точностью передала природу прощения. Это — не какой-то милый платонический идеал, который рассеивают в этом мире, словно освежитель воздуха из баллончика. Прощение — процесс болезненный и сложный, и нанесенные вам раны (мои низменные дела) оживают в вашей памяти даже спустя много времени после того, как вы простили. Прощение — это нечто противоестественное, и моя жена протестовала против его вопиющей несправедливости.

Эта же мысль во многом прослеживается в истории из книги Бытие, описывающей примирение Иосифа с его братьями. В какой-то момент Иосиф повел себя резко, бросив своих братьев в тюрьму, но вскоре его переполнила печаль, и он дал волю горьким слезам. Он начал строить братьям козни, спрятав деньги в их мешках с зерном, взяв заложником одного из них, а другого обвинив в воровстве серебряной чаши. Но в конце концов Иосиф уже не мог сдерживаться. Он призвал своих братьев и, не тая чувств, простил их.

Сегодня я рассматриваю эту историю как реалистичное описание противоестественного акта прощения. Братья, которых Иосифу было так непросто простить, когда-то донимали его, составляли планы его убийства и продали его в рабство. Из-за них он провел лучшие годы своей юности в затхлой египетской темнице. Хотя Иосиф триумфально преодолел все невзгоды и теперь хотел от всего сердца простить своих братьев, он оказался неготовым к этому… пока неготовым. Его раны ныли еще слишком сильно.

Для меня, в Бытие 42-45 Иосиф по-своему говорит: «Меня самого очень удивляет, что я прощаю вас за ваши низменные дела!» Когда благодать, наконец, прорвалась к Иосифу, по дворцу эхом разнеслись звуки его скорби и любви. «Что это за вопли? Помощник фараона заболел?» Нет, Иосиф был вполне здоров. Это был крик прощающего человека.

Из книги «Что удивительного в благодати?»